Давайте разберем на реальной истории, как директор Михаил из ООО «РЭСЭКОСТРОЙ» оказался на грани субсидиарной ответственности по долгам компании. Мы детально разберем, из чего складывается субсидиарка по долгам компании (согласно ст. 61.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», как управляющий ищет признаки «точки невозврата» бизнеса и почему выбор этой даты становится решающим в споре. Особое внимание уделим тому, как суды смотрят на наличие плана антикризисных действий и какие иные факторы влияют на субсидиарная ответственность по долгам компании.
Вы увидите, как арбитражники оценивают антикризисные меры руководства и как даже нюансы способны перевесить чашу весов в подобных делах.
Этот разбор — практическое пособие для управляющих, юристов и самих руководителей, оказавшихся в ситуации, когда банкротство инициировали не они, а недовольные контрагенты. Пройдя этот путь, мы готовы поделиться рабочими методами защиты.
Разбираемся, как защититься, когда заявление о банкротстве подал бывший партнер-контрагент, которому фирма осталась должна денег. Субсидиарная ответственность по долгам компании за неподачу заявления о банкротстве: держите пошаговый гайд.
Юрист с вами свяжется в ближайшее время
В этой статье будет рассказано:
- Как арбитражники выстраивают требования о субсидаирной ответственности за неподачу заявления о банкротстве;
- Какие «улики» позволят прижать руководство? Какие бумаги и факты помогут подтвердить, что руководитель действительно виноват и должен платить долги за бизнес;
- Что позволяет отбиться от субсидиарной ответственности по долгам компании. Какие контраргументы работают, и что поможет доказать, что у руководства были веские причины не банкротить бизнес.
Субсидиарная ответственность по долгам компании- предыстория.
Познакомьтесь с Михаилом — руководителем СК ООО «РЭСЭКОСТРОЙ». Его фирма занималась прокладкой коммуникаций — подводила воду, канализацию, газ ко всем новостройкам. Бизнес у него шёл хорошо: множество реализованных объектов, крепкая репутация. Но в 2020 году начались проблемы: налоговая отправила в банк инкассовое поручение. Счета заблокировали, а каждую копейку, что поступала от клиентов, тут же «выгребали» в счёт налоговых долгов. По сути, бизнес оказался в финансовой ловушке. Выбраться из нее не вышло и в итоге фирма стала банкротом- не по своей воле, а под давлением обстоятельств.
Интересует тема? Вот другой подробный кейс: 🛠️«Защита собственника строительной компании от субсидиарки на 14,5 млн. за налоги (НДС), не передачу имущества управляющему и не подачу заявления о банкротстве»
Позиция конкурсного управляющего
Управляющий решил во что бы то ни стало добиться, чтобы Михаил расплатился по долгам компании из собственного кармана. Мол, не подал на банкротство вовремя — теперь пусть отвечает по полной программе.
Первым делом он определил круг лиц, способных влиять на судьбу компании. Наш герой идеально подошёл на роль ответчика — генеральный директор, именно тот человек, который должен был инициировать процедуру. Проще говоря, на нём лежала прямая ответственность за этот вопрос.
Затем управляющий взялся за финансовую отчётность компании, чтобы найти ту самую точку невозврата — момент, когда бизнес уже невозможно было спасти. Это такой критический рубеж, после которого долги начинают расти как снежный ком, а у руководства нет ни малейшего понятия, как исправить ситуацию. С этого самого момента у директора есть всего месяц, чтобы заявить о финансовой «несостоятельности» бизнеса. Пропустил срок — готовься к субсидиарке по всем новым долгам.
| Момент объективного банкротства— когда фирма уже по «уши» в долгах и выплыть из сложившейся ситуации не может. В этот момент руководитель должен честно признать: всё, игра окончена. Если директор видит, что корабль тонет, а плана спасательной операции нет — у него есть ровно месяц, чтобы обанкротить фирму. Не сделает это — тогда все новые долги, которые накопятся после данного месячного срока, придется оплачивать уже из своего кармана. Это и есть та самая субсидиарка о которой все говорят. Проще говоря: увидел, что бизнес не спасти — либо сам объявляешь себя банкротом, либо потом расплачиваешься личным имуществом за все новые задолженности. |
Рассмотрим аргументы, которые привел управляющий:
- Ещё с января 2020 года фирма должна была контрагенту ООО «Р-С» более 65 миллионов рублей.
- По данным налоговой, к июню 2021 года долг перед бюджетом превысил 70 миллионов, причём весь этот долг висел на компании уже как минимум с конца предыдущего года.
- 31 декабря 2020 года — последний раз, когда компания сдала бухотчётность.
- Баланс предприятия за год рухнул просто катастрофически: с 551 миллиона до смешных 45 миллионов. Падение более чем в десять раз!
Собрав эти факты, управляющий пришёл к выводу: уже в 2020 году фирма оказалась в «яме», из которой не было выхода. Активы таяли, долги копились, а идей по выходу из кризиса так и не появилось.
Установив, что должник уже прошел дату «невозврата» — еще в период полномочий Михаила, он сделал следующие выводы:
- Михаил должен был обанкротить организацию, но не сделал этого. Вместо этого он продолжал создавать видимость нормальной работы, вводя в заблуждение новых контрагентов..
- Получается, что своей пассивностью наш герой обманул добросовестных контрагентов. Ведь если бы он вовремя объявил о несостоятельности компании новые долги просто не успели появились (кто в разумном уме будет заключать договоры с банкротом.
Арбитражнику осталось лишь подсчитать, какие именно долги возникли после роковой даты. Эта сумма и станет величиной субсидиарки — тех самых денег, которые теперь возможно потребовать с гендира лично..
Для наглядности предлагаем еще один кеейс: 👇 🏗️«Защита руководителя и участника строительной компании от субсидиарки на 13,9 млн. за не подачу заявления о банкротстве и не передачу документов арбитражнику»
Субсидиарная ответственность по долгам компании: что насчитал управляющий??
Арбитражный управляющий включил в сумму требований не только основные долги, но и все сопутствующие начисления:
- не только суммы основных долгов, но и проценты, и штрафы, начисленные на них;
- текущие обязательства должника, состоящие из вознаграждения управляющего и расходов на ведение банкротства.
Теперь давайте разберёмся, с какими сложностями нам предстоит столкнуться.
1. Размер ответственности
На Михаила выставлены требования на 112 миллионов рублей. Сумма колоссальная — она способна перевернуть жизнь любого человека. С такого момента приходится полностью менять свои финансовые привычки и забыть о спокойном взгляде в будущее.
Вы можете спросить, почему мы так категоричны. Ответ прост: этот вид задолженности относится к тем, что не списываются. Проще говоря, избавиться от них не получится даже если бывший гендир объявит себя банкротом как физлицо.
2. Статус генерального директора
Михаил занимал кресло гендиректора в ООО «РЕСЭКОСТРОЙ». Эта должность — не только права и возможности, но и серьёзная ответственность за всё, что происходит в компании. Закон чётко требует от руководителя своевременно инициировать процедуру, когда фирма становится неплатёжеспособной.
Арбитражник настаивает, что Михаил эту обязанность проигнорировал. Следовательно, новые долги компании должны быть оплачены из «кармана» Михаила.
3. Статистика привлечения к субсидиарной ответственности
Данные действительно тревожные — сейчас субсидиарную ответственность назначают практически в каждом втором случае. Сложилась ситуация, когда каждый второй руководитель рискует расплачиваться по долгам из собственного кошелька.
Субсидиарная ответственность по долгам компании за неподачу заявления о банкротстве: наша стратегия защиты клиента
Давайте сразу расставим все точки над i. Чтобы «повесить» на руководство субсидиарку, нужно доказать три вещи:
А) Когда всё пошло не так (момент объективного банкротства или ОБ)
Нужно знать точную дату, когда компания реально стала банкротом — то есть когда денег не хватило даже на самые срочные платежи.
Б) Промедление с заявлением (не подача документа)
Надо доказать, что директор проигнорировал свой долг — не подал на банкротство в течение месяца после того, как прозвенел тот самый «момент объективного банкротства («ОБ»)».
В) Новые долги
Требуется посчитать, какие именно обязательства набежали уже после «ОБ».
Запомните: если хоть один пункт не сработает — субсидиарку не повесят. В рассматриваемой ситуации заявление в суд подавал не Михаил, а его контрагент. Это явно доказывает — наш герой не справился со своей обязанностью. И теперь мы бьём по оставшимся пунктам — будем подтверждать, что они не выдерживают критики.
Посмотрите аналогичный кейс: 📃«Защита руководителя и главной бухгалтера от субсидиарки на 10 млн за одобрение сделок, и (ОБ)скажение бухгалтерской документации и не подачу заявления о банкротстве»
Шаг № 1. Опровергаем дату объективного банкротства организации нашего клиента, доказываем, что компания была на плаву
Сначала мы опровергаем дату( момент ОБ), указанную арбитражником. Наша цель — аргументировать, что в то время фирма была абсолютно платежеспособна..
Какие козыри у нас есть:
Во-первых, мы приносим в суд договор с АО «ГОРОД» на 80 миллионов рублей. Это вам не шутки — такие суммы просто так банкротам не платят.
Во-вторых, мы берем бухгалтерскую отчетность и на пальцах объясняем суду: смотрите, здесь всё чисто, никаких признаков скорого финансового краха. Компания спокойно работала и даже не думала о банкротстве.
В-третьих, у нас есть козырь в рукаве — мировые соглашения с контрагентами. Компания не просто договаривалась о реструктуризации, но и исправно платила по графикам весь 2020 год. Раз есть деньги платить по старым долгам — какое тут банкротство? И наконец, мы кладем на стол судьи полную историю налоговых платежей, налоги погашались, пусть и не в полном объеме.
Шаг № 2. Разбираемся с суммами
Теперь нужно было понять, какие долги появились после того, когда Михаилу следовало объявить о неплатежеспособности. Мы говорим о «новых обязательствах» — их могло не возникнуть, действуй он по закону.
Здесь мы имеем ввиду период возникновения так называемых «новых обязательств». Так как добросовестный руководитель не должен обманывать новых контрагентов. Вместо этого при наличии предбанкротного состояния у фирмы он должен опубликовать объявление о намерении обратиться с заявлением о банкротстве на Федресурсе.
Это значит, что Михаил не должен был заключать «новые сделки» с «новыми контрагентами». Ведь разумный бизнесмен, увидев такую компанию, десять раз подумал бы, прежде чем иметь с ней дело. Здравомыслящий партнер просто не стал бы рисковать, понимая, что фирма вот-вот станет банкротом.
Как это должно происходить по мнению законодателя:
- Честный путь. Как только фирма достигает точки невозврата, гендир подаёт на банкротство. Информация размещается в открытых источниках, и все контрагенты видят реальное положение дел. Это даёт им возможность трезво оценить риски и решить, стоит ли работать с фирмой
- Что бывает при сокрытии. Если директор скрывает ситуацию и не подает на банкротство, он по сути обманывает новых партнёров. Контрагенты считают, что все в нормально, надеются на исполнение договоров — но компания уже неспособна на это.
А что в нашей ситуации ? Управляющий говорит, что компания продолжала брать на себя обязательства, хотя уже являлась неплатежеспособной. Мы проверили это утверждение вдоль и поперёк.
Взяли за основу дату 31.12.2020 — именно с этого момента, по мнению оппонента, компания стала банкротом. Сделали подробную табличку, где разложили по полочкам:
- всех кредиторов.
- почему возник долг.
- когда именно это произошло.
И что вы думаете? Почти все долги появились ДО этой злополучной даты! Мы ориентировались на позиции судов, которые четко говорят: долг возникает когда подписан договор, а не когда наступает срок оплаты.
И мы с вами находимся уже на финишной прямой и делаем выводы, разбивая в пух и прах все доводы конкурсного управляющего.
А выводы, к которым мы пришли таковы:
Даже если связывать «момент объективного банкротства» с периодом, указанным конкурсным управляющим в заявлении (как минимум с 31.12.2020 г.), то стоит отметить, что конкурсный управляющий неверно рассчитал размер субсидиарной ответственности, а также включил в ее размер абсолютно все требования, включенные в реестр кредиторов, поскольку Должник принял на себя обязательства перед кредиторами задолго до даты – «момента объективного банкротства по мнению арбитражного управляющего.
Что в сухом остатке:
- Даже если верить арбитражнику, большинство долгов старые, т.е. возникли до указанного им момента объективного банкротства.
- Михаил не скрывал ничего, потому что сам не предвидел экономические проблемы.
- Все сделки заключены до «момента объективного банкротства», который указал управляющий.
Вывод прост: оснований для субсидиарки нет. Управляющий напутал и с цифрами, и с выводами. Михаил действовал как добросовестный руководитель
Шаг № 3. Дополнительно напоминаем суду, что субсидиарная ответственность по долгам компании не включает в себя начисленные на основной долг проценты, штрафы, неустойки.
Мы пошли в обход и оспорили теоретические подсчеты управляющего, доказав их юридическую несостоятельность:
- Проценты и штрафные санкции — не новые долги. Мы объяснили суду, что это просто следствие старых договоренностей, а не результат новых действий, следовательно, в размер ответственности они не включатся
- Затраты на процедуру — не задолженность перед партнерами. Мы настояли, что требовать с директора оплату услуг арбитражника и судебные издержки — это перебор (в контексте субсидиарной ответственности по долгам компании за не подачу заявление о банкротстве).
«Суд удаляется для вынесения решения»
Мы доходчиво объяснили суду несколько ключевых моментов, которые и решили исход дела:
Спор вертелся вокруг одной-единственной даты — так называемого «момента банкротства». Стоило ее сдвинуть — и картина кардинально менялась. Суд согласился: временные проблемы и наличие плана по спасению компании — это еще не повод бежать с заявлением о банкротстве. Руководитель имеет право на попытку исправить ситуацию.
Управляющий самостоятельно указал, что все долги возникли до момента объективного банкротства, следовательно размер СО составляет 0 руб. И главное: все эти пени, штрафы и расходы на само банкротство не имеют отношения к субсидиарке за не подачу заявления. Их нельзя «вешать» на гендира. Суд принял наши аргументы. В итоге Михаил сохранил и деньги, и деловую репутацию.л и с цифрами, и с выводами. Михаил действовал как добросовестный руководитель
Возможно вам будет интересно почитать еще один кейс из нашей практики: 💰«Как мы не допустили субсидирку на 220 млн»
Если вам необходима квалифицированная помощь юристов по защите от субсидиарной ответственности, то обращайтесь в нашу компанию. Записаться на консультацию можно по номеру телефона: +7 (495) 308 49 76
