Компания «ИНВЕСТ-ВЧМ» внезапно оказалась в центре процесса, где ключевым предметом спора стало привлечение генерального директора к субсидиарной ответственности. После подачи кредитором заявления о банкротстве конкурсный управляющий рассчитал долг фирмы в 13 млн рублей и потребовал, чтобы Дмитрий — руководитель и совладелец предприятия — ответил по нему личными средствами.
Привлечение генерального директора к субсидиарной ответственности превратилось в одним из самых эффективных способов по удовлетворению требований кредиторов в банкротстве. В ходе кейса мы увидим, на каких доказательствах строится субсидиарка и какие аргументы позволили директору переломить ситуацию в свою пользу с помощью наших юристов по защите от субсидиарной ответственности.
Юрист с вами свяжется в ближайшее время
Кейс будет содержать интересные аспекты привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника, будет полезен для банкротных юристов и руководителей предприятий.
Из кейса вы узнаете:
- какие доводы использует арбитражный управляющий, для привлечения генерального директора к субсидиарной ответственности
- какие ключевые элементы предусматривает законодательство, наличие которых влечет за собой субсидиарную ответственность
- какую стратегию защиты наиболее эффективна при защите КДЛ должника от субсидиарки
Итак, давайте перейдем к исследованию нашего сегодняшнего дела, и узнаем, как вообще все началось, и почему нашему клиенту потребовалась защита от привлечения к субсидиарной ответственности.
Привлечение генерального директора к субсидиарной ответственности: с чего все началось
К нам обратился Дмитрий, генеральный директор и учредитель ООО «ИНВЕСТ-ВЧМ». Компания Дмитрия занималась переработкой различных металлов, скупкой у населения различных предметов, содержащих металл, для их дальнейшей переработки.
Проще говоря, компания Дмитрия занималась скупкой, очисткой и дальнейшей поставкой металлолома предприятиям для их последующей переработки. Осуществляя свою коммерческую деятельность, в один прекрасный момент компания столкнулась с финансовыми сложностями, которые преодолеть не удалось.
Один из кредиторов подал заявление о банкротстве и место Дмитрия занял конкурсный управляющий.
В процессе банкротства должника, управляющий пришел к выводу, что конкурсную массу можно пополнить, используя механизм субсидиарной ответственности. С этого момента Дмитрий приобрел статус Ответчика по субсидиарной ответственности, что означало для него возникновение проблем, с которыми он никогда ранее не сталкивался.
Так как субсидиарная ответственность является не просто долгом, а долгом, который невозможно списать через процедуру личного банкротства. Как известно субсидиарка является недобросовестным долгом, а недобросовестные долги при банкротстве физического лица не списываются.
Управляющим привлекались к ответственности два человека, наш Дмитрий (как бывший генеральный директор и участник компании) и еще один участник.
Привлечение генерального директора к субсидиарной ответственности происходило по двум основаниям:
- Неподача заявления о банкротстве.
- Непередача документов должника.
Кстати вот еще интересный кейс по теме: 👇 🏗️«Защита руководителя и участника строительной компании от субсидиарки на 13,9 млн. за не подачу заявления о банкротстве и не передачу документов арбитражнику»
Основной смысл первого основания заключается в обязанности генерального директора подать заявление о банкротстве организации, если он, как добросовестный руководитель уже не мог не осознавать, что общество уже не сможет исполнить возложенные на себя перед другими контрагентами обязанности. А значит, не должно заключать новые сделки и не брать на себя новые обязанности, которые оно заведомо уже не сможет исполнить.
Иначе руководитель как бы обманывает своих контрагентов, не предупреждая их о том, что с должником лучше не связываться, ничего хорошего им этого не сулит.
Второе основание: по мнению управляющего Дмитрий якобы в свою пользу систематически выводил денежные средства с расчетного счета должника в свою пользу.
Третье основание: не передача бухгалтерских документов. Так на балансе у предприятия числились запасы на суммы свыше 10 млн. руб. Ни самих запасов, ни документов об их списании управляющему якобы никто не передал.
Привлечение генерального директора к субсидиарной ответственности: позиция арбитражного управляющего
Основание, с которым нам предстояло работать — Неподача заявления должника о собственном банкротстве и непередача документов конкурсному управляющему
Итак, арбитражник заявил, что компания Дмитрия упала в банкротство, долги компании значительно превышают ее активы, о чем Дмитрий не мог не знать. Однако несмотря на плачевное финансовое состояние свою обязанность по подаче такого заявления Дмитрий не исполнил.
В обоснование своей позиции конкурсный управляющий указал на превышение обязательств (долгов) должника над его активами и сослался на данные бухгалтерского баланса и неисполнение договора поставки с отдельным кредитором (сумма долга перед ним составляла порядка 13 млн руб.). На основании чего, по мнению конкурсного управляющего у должника упал в банкротство.
По-второму основанию, арбитражник указал, что он проанализировал оборотно-сальдовую ведомость должника и увидел снятие Дмитрием денежных средств, которые были выданы ему под отчет на нужды компании. А доказательств несения расходов на цели коммерческой деятельности у него нет, так как документы не переданы.
Третье: не были переданы документы. Передай Дмитрий запасы (документы по ним) арбитражному управляющему он бы смог их реализовать и хотя бы частично удовлетворить требования кредиторов.
С основаниями, на которых строит позицию конкурсный управляющий мы определились, далее мы должны оценить с какими сложностями нам предстоит столкнуться в данном конкретном случае.
1. Размер Ответственности
Над Дмитрием нависла угроза по взысканию 13 миллионов рублей. Как мы уже говорили, с этого момента его финансовую жизнь можно разделить на «до» и «после» и вот почему:
Долги, взыскиваемые по субсидиарной ответственности, относятся к категории «не списываемых» при личном банкротстве, т.е. «простить» их в связи с признанием гражданина банкротом увы не получится.
2. Статус генерального директора
Именно Дмитрий был генеральным директором ООО «ИНВЕСТ-ВЧМ», с самого начала деятельности компании и до момента банкротства. Таким образом вся возможная ответственность априори ложится на Дмитрия.
Должность Генерального директора, как известно, по закону налагает огромное количество обязанностей и определенную ответственность за дела фирмы. Одна из таких обязанностей — объявить о банкротстве должника возложена именно на него. Если этого не сделать, в будущем придется столкнуться с субсидиаркой и доказывать, что к обману других добросовестных контрагентов его бездействие не привело
Помимо прочего Дмитрий был участником должника с долей 50 %. С 2017 года у участника возникла аналогичная обязанность, а значит Дмитрий находится под двойным ударом.
3. Статистика привлечения к субсидиарной ответственности
Статистика вещь упрямая, а главное закономерная. По статистике ЕФРСБ в 2025 г. удовлетворяется чуть ли не каждое второе заявление о привлечении к субсидиарной ответственности.
Наша позиция: привлечение генерального директора к субсидиарной ответственности должно строиться на доказательствах, таких доказательств нет.
Отбиваемся от субсидиарной ответственности за неподачу заявления
Приступая к активным действиям, еще раз обозначим три необходимых условия, которые должны быть доказаны, чтобы привлечь руководителя за неподачу заявления должника.
А) Момент возникновения такого состояния должника, при котором он уже не может выплатить все долги, в данном случае для такого состояния даже придумали отдельный термин – «объективное банкротство»;
Б) Факт неподачи заявления Должника о самобанкротстве в месячный срок, с момента так называемой «точки невозврата» – состояния финансового краха, когда долги растут, а имущества уже кот наплакал.
В) Размер долгов, которые возникли у организации уже после той «крайней» даты, когда разумный руководитель должен был подать такое заявление, и до возбуждения дела о банкротстве
При этом, если хотя бы одно из указанных обстоятельств не доказано, руководитель должника не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.
При условии, что с заявлением о банкротстве должника в суд обратился не руководитель, а конкурсный кредитор, факт неподачи такого заявления руководителем, в том числе и нашим клиентом по сути является доказанным, поэтому мы сразу переходим к другим необходимым условиям, которые нам предстоит поэтапно опровергнуть.
Юрист с вами свяжется в ближайшее время
Шаг № 1. Опровергаем дату объективного банкротства организации нашего клиента, которую указал в своем заявлении конкурсный управляющий.
Конкурсный управляющий связал конкретную дату «объективного» банкротства с неисполнением обязательств перед кредитором по договору поставки металлолома. В определенный момент кредитор направил претензию компании Дмитрия, однако претензия была оставлена Дмитрием без ответа.
Момент объективного банкротства конкурсный управляющий связал с моментом получения должником претензии, которую он проигнорировал.
Мы в свою очередь отмечаем, что так определять состояние «объективного» банкротства нельзя и на то есть веские причины.
А именно судебная практика Верховного суда, которая гласит:
Неплатежеспособность не следует отождествлять с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.
Далее мы обращаемся к финансовому анализу компании-банкрота.
Показываем суду, что за конкретные периоды у компании были необходимые активы, которые превышают размер взыскания по тем решениям, которые привел конкурсный управляющий.
Другими словами:
Мы сравниваем размер активов и кредиторской задолженности и видим, что на тот момент, который указывает конкурсный управляющий должник не находился в ситуации объективного банкротства, так как мог погасить все долги своим имуществом. Какой-либо срочной необходимости обращаться в суд с заявлением о самобанкротстве у Дмитрия не было.
Подробный финансовый анализ, который мы подготовили, показал, что объективное банкротство не наступило не только в начале 2020 года, но и в более поздние периоды, а значит момент объективного банкротства арбитражником определен неверно.
Шаг №2. Далее нам предстояло разобраться с определением суммы конкретных долгов, которые возникли уже после того, как у Дмитрия «якобы» возниклаобязанность подать заявление о банкротстве своей компании.
Внимательно обращаемся к законодательству по данному основанию, которое устанавливает «определенные правила игры». Здесь мы имеем ввиду период возникновения так называемых «новых обязательств». Которые под руководством добросовестного руководителя после наступления особых обстоятельств не должны были возникнуть, а если проще Дмитрий не должен был заключать «новые сделки» с «новыми контрагентами». Которые, если бы знали, что компания уже «наладом дышит», отказались бы от любого взаимодействия с ней, чтобы не остаться «с носом» в самый не подходящий для этого момент.
Как это должно происходить по мнению законодателя:
- При наступлении объективного банкротства директор обращается в суд, информация об этом становится общеизвестной, публикуется в открытых источниках. Тем самым контрагенты имеют возможность узнать, с кем они вообще имеют дело и надо ли им вообще связываться с будущим банкротом.
- Не обращаясь в суд, компания как бы скрывает свое плачевное положение. А заключая при этом новые сделки, директор как бы обманывает контрагентов, вводит их в заблуждение. Они то думают, что все в порядке и надеются на встречное исполнение, которое, увы уже не произойдет.
Проецируем данные нормы на нашу ситуацию и видим, что у нас все совсем по-другому.
Подробно указываем, когда именно у должника возникли обязательства перед кредиторами, включенными в реестр.
Видим, что все обязательства у должника возникли до даты, на которую ссылался арбитражник, обосновывая что именно тогда компания прошла точку невозврата и упала в банкротство.
Разъясняем арбитражнику и суду, что момент возникновения обязательств возникает в момент подписания договора, а не когда вышел судебный акт, о взыскании долга по этому договору, на что арбитражники очень любят ссылаться.
Указываем, что каких-либо «новых» долгов в материалах дела нет.
Подкрепляем свою позицию актуальной судебной практикой, где суды определяют момент возникновения обязательств именно с момента подписания договора, а не даты платежей по ним, даты судебного акта по взысканию долга и прочие возможные основания.
Резюмируя наше повествование, мы обратились к самому смыслу возникновения обязательства, доказали, когда оно наступило. В нашем же случае, момент возникновения отсчитывается с даты государственной регистрации договора участия
Проделанная нами работа представила ясную картину произошедших событий, на основании которой вывод стал напрашиваться сам собой.
Каких-либо недобросовестных действий Дмитрий не совершал. Новых кредиторов у компании не было, а значит долги компании не росли как снежный ком с молчаливого согласия Дмитрия. При этом все ранее заключенные сделки были совершены, когда о будущем банкротстве Дмитрий и предположить не мог.
Шаг № 3. Дополнительно напоминаем суду, что в размер субсидиарной ответственности не входят, начисленные на основной долг проценты, штрафы, неустойки.
Данные виды ответственности не являются новым обязательством, соответственно войти в размер субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника не могут.
Прикладываем всю необходимую судебную практику, в котором содержится необходимая нам позиция.
В данном случае первоначальный кредитор уже осведомлен об экономических проблемах должника, следовательно, необоснованного роста дополнительной кредиторской задолженности в связи с сокрытием вышеуказанных фактов не происходит. Указанная правовая позиция разделяется Верховным судом РФ.
Отбиваем субсидиарку за вывод денежных средств в пользу Дмитрия. Проводим собственный анализ оборотно-сальдовой ведомости должника, из которой видно, что наоборот — это должник должен Дмитрию определенную сумму денежных средств – 651 тысячу рублей.
Как мы это увидели спросите вы, а вот как:
Мы подробно объяснили, что что означает каждый столбец в оборотно-сальдовой ведомости, сколько денег было выдано Алексею на определенные цели, и сколько денежных средств было в итоге израсходовано, а сколько возвращено компании.
При этом, мы осуществили передачу оригиналов документов, подтверждающих реальное несение расходов Дмитрия, которые он совершил на деньги, выданные ему под отчет.
Отбиваем субсидиарку за непередачу документов. Мы помогли Дмитрию исполнить обязанность по передаче всех документов должника конкурсному управляющему.
Самые важные документы, которые необходимы для доказывания невиновности Дмитрия в банкротстве должника, а также на реальное несение расходов на целевые нужды фирмы мы передали конкурсному управляющему по акту приема-передачи с подробным описанием, дополнительно приложили к нашему отзыву и сделали на этом особый акцент.
Также мы самостоятельно провели итоговые расчеты, сколько денежных средств под отчет получил Дмитрий, сколько вернул, а сколько реально потратил, что подтверждается реальными чеками, авансовыми отчетами и прочими документами. Что касается запасов, то мы указали, что это фактически не ликвидный металолоом и передали его акты списания.
Подводя итоги нашей кропотливой работе, можно отметить следующее:
- Мы помогли Дмитрию передать все документы конкурсному управляющему, что избавило Дмитрия от основания субсидиарки за непередачу документов.
- Мы провели подробный анализ оборотно-сальдовых ведомостей и отбили основание за нецелевое расходование денежных средств должника, выданных Дмитрию под отчет.
- Мы обосновали, что момент объективного банкротства должника конкурсным управляющим определен неверно, а значит, все обязательства, которые указал конкурсный управляющий, возникли до этой даты.
- Для этого мы проанализировали, когда именно были заключены договора с кредиторами.
Наша позиция готова, дожидаемся даты судебного заседания.
«Суд удаляется для вынесения решения»
Суд полностью встал на нашу сторону и отказал конкурсному управляющему. Привлечение генерального директора к субсидиарной ответственности не состоялось. Дмитрий избежал ответственности.
При этом в судебном акте суд полностью согласился с нашими выводами, указал, что документы должника были переданы в ходе рассмотрения судом дела, а момент объективного банкротства нельзя отождествлять с неоплатой долга отдельному кредитору. Суд также согласился с нашими выводами в отношении момента возникновения обязательств.
Мы очень довольны результатом нашей работы, суд мотивировал свое решение используя все наши доводы.
Самое главное для нас, это восстановить справедливость, спасти клиента от необоснованных требований, которые тяжким бременем могут лечь на плечи добросовестного управленца.
И напоследок вам еще кейс: 🛠️«Защита собственника строительной компании от субсидиарки на 14,5 млн. за налоги (НДС), не передачу имущества управляющему и не подачу заявления о банкротстве»
Также, есть кейс по субсидиарке в видео формате ниже:
Если вам необходима квалифицированная помощь юристов по защите от субсидиарной ответственности, то обращайтесь в нашу компанию. Записаться на консультацию можно по номеру телефона: +7 (495) 308 49 76
