Предприниматели всегда будут искать лазейки и «слабые места» в нормативных актах, поэтому не зря говорят: «Закон существует для того, чтобы его нарушать». Один из распространенных ходов руководителей компаний – различные схемы с номинальными директорами: всякие способы ухода от ответственности и любые «возможности», чтобы не отвечать по долгам своих фирм. В этой связи особенно актуальной становится тема: номинальный директор субсидиарная ответственность.
Замена генерального директора на подставное лицо перед налоговой проверкой или банкротством — прямой путь к потере активов. Арбитражные суды давно вскрывают такие схемы. Связка номинальный директор субсидиарная ответственность бьет сразу по двум участникам: реальный владелец (бенефициар) лишается спрятанного капитала и свободы, а номинал получает пожизненный многомиллионный долг.
Если вы прочитаете нашу статью до конца, то точно узнаете.
1. Для чего в состав органов управления определенной фирмы вводят номинальных лиц (номиналов).
2. Какими признаками обладают так называемые «номиналы».
3. Какая ответственность для бенефициаров (выгодоприобретателей) устанавливается за введение «номинала».
4. Будет ли сам бенефициар нести субсидиарную ответственность, если он реализовал схему с номинальным руководителем.
5. Освобождается номинальное лицо от субсидиарки, если докажет свою номинальность и как номинальному директору избежать субсидиарной ответственности.
Если вам нужны юристы по субсидиарной ответственности с реальным опытом решения дел, то обращайтесь в нашу компанию. Записаться на консультацию можно по номеру телефона: +7 (495) 308 49 76
«Зачем ты здесь?» Для чего в состав органов управления вводят номинальных лиц?
Проекты с руководителем «на бумаге» популярны с давних времен, но и сегодня тоже «в чести», потому что именно «номинал» должен нести ответственность за все «схематозы» фирмы. Ведь он числится генеральным директором компании и проставляет свои подписи на разных сомнительных договорах. В таких случаях возникает острый вопрос: номинальный директор субсидиарная ответственность — кто в итоге заплатит за чужие решения?
Также в его период происходят сомнительные операции:
а) выводятся активы в предбанкротный период;
б) совершаются налоговые правонарушения и прочее.
А что и когда подписывает номинал решает совсем другое лицо, которое стоит за этим «кордебалетом» — бенефициар. Как говорил знаменитый римский юрист: «Cui bono?», то есть всегда нужно «искать, кому выгодна» эта схема.
«Маска, я тебя знаю!» Какими признаками обладают «номиналы»?
Да, номинальные лица были, есть и будут. Их популярность до сих пор не теряет актуальности. Но есть пять основных признаков, как отличить «реплику» от оригинала. И мы, конечно, сейчас откроем все карты.
Во-первых, это массовость.
Номинальный руководитель, как правило, является руководителем во множестве иных фирм, которые находятся в процессе ликвидации или банкротстве.
Во-вторых, в отношении «номиналов» может быть принято решение об их дисквалификации.
В-третьих, в период деятельности номинала у компании вдруг падают экономические показатели.
В-четвертых, у номинала отсутствуют личные активы (доли в компаниях, недвижимое имущество и прочее).
И, в-пятых, номинальные руководители могут иметь личную задолженность, которая находится на исполнении у службы судебных приставов.
Введение номинального директора в состав органов управления влечет за собой уголовную ответственность, которая регламентирована ст. 173.1 УК РФ.
И вот главный вопрос статьи: будет ли бенефициар нести субсидиарную ответственность, если он реализовал схему с номинальным руководителем?
В свое время многим реальным управленцам схемы с номиналами помогала обойти многомиллионную ответственность. И субсидиарка «серым кардиналам» не грозила — ведь они ни при чем: компанией управляло другое лицо — некто Петров. Если вы помните, был такой анекдот с финалом: «В теме… Но не в доле!» Вот так реальные владельцы бизнеса выходили сухими из воды. Но это было давным-давно, и с каждым годом законодательство усовершенствуется и ужесточается: теперь не скрываться от правосудия никому.
Сейчас все изменилось: арбитражники и кредиторы видят эти схемы насквозь и настоящие владельцы у них как на ладони. А суды щелкают такие дела, словно орешки. Теперь к ответственности привлекается не только номинал, но и предыдущие руководители, в период управления которых были сомнительные схемы, а также можно при желании и найти фактических бенефициаров, то есть реальных собственников бизнеса. Номиналов суды не жалеют, даже если известен реальный бенефициар.
Резюмируя вышесказанное: реальные руководители от субсидиарки не освобождаются.
Мнение эксперта, Юрий Кочеулов:Теневые бенефициары ошибочно верят, что отсутствие их фамилии в ЕГРЮЛ гарантирует безопасность активов. В банкротстве статус контролирующего лица доказывается косвенными признаками: кто давал поручения бухгалтеру, с чьего устройства отправлялись платежки, кто вел переговоры с ключевыми поставщиками. Суд взыщет многомиллионный долг компании с вас, даже если вы никогда не числились в штате.
«Тут есть два пути». Привлечение номинального директора к субсидиарной ответственности.
Первый вопрос: освобождается ли номинальное лицо от субсидиарки, если докажет свою номинальность? Здесь ключевым моментом остается концепция: номинальный директор субсидиарная ответственность — доказывать придется не только свою пассивность, но и активно помогать следствию в разоблачении истинных организаторов схем
Конечно, номинал, как и раньше, будет привлечен к ответственности, хоть никаких управленческих решений не принимал. Номинальность не освобождает от ответственности — отвечать по долгам компании он будет наравне с иными лицами, реально выводящими деньги. «Я не курил, я просто рядом стоял», — такие отмазки из речи подростков работали только в нашем детстве и с номиналами не прокатят.
Живой пример:
директор, ждёт проверку
подставной, без имущества
субсидиарка на обоих
Теперь подробнее: руководитель и единственный участник компании «Лагуна» господин Иванов. Он понимает, что у компании в скором времени начнутся большие проблемы, ведь налоговая служба инициировала в отношении компании проверку. Иванов понимает сумму потенциальных доначислений. А налоговая эту сумму знает еще до проведения проверки, ведь на нее работает специальная программа с искусственным интеллектом. Да, ИИ работает и в государственных организациях. И, с одной стороны, это хорошо, а с другой стороны, лишь бы ее не назвали «Скайнет».
Учитывая все эти моменты, господин Иванов решает сделать ход «конем» и играет на опережение: выходит из состава органов управления и ставит туда своего школьного приятеля Петрова, зная, то у последнего отсутствует какие-либо активы. На случай, если даже Петров получит решение о взыскании — денег с него «не стянуть». За новую задолженность Иванов обещает своему приятелю Петрову 50 000 рублей в месяц. Для Петрова, который, допустим, находится в поиске работы — это прекрасная возможность. Особенно, если Петров совсем юридически не подкован, в отличие от наших читателей. Вы, наверное, думаете, как вообще люди могут на такое согласиться? Что у них в этот момент происходит в голове? Не может утверждать на сто процентов, но, скорее всего, Петров думал: «Круто, вот свезло мне. Приоденусь, возьму айфон и тачку в кредит, все девчонки мои будут». Примерно так мы себя представляем себе этого «героя». Не забываем, что люди за деньги и не такое способны.
Спустя энное количество времени схема реализуется. В период нового руководителя Петрова налоговая «выкатывает» решение о доналичислении несколько десятков миллионов рублей «Лагуне» в связи применением «бумажного НДС». В новом акте Иванов фигурирует как организатор преступной схемы по сокрытию налогов. Также в решении налогового органа указана вся цепочка «бумажного» НДС, в том числе кассовые разрывы и индивидуальные предприниматели, через которых выводились деньги под мнимые «рисованные» услуги. И субсидиарный маховик начинает раскручиваться с невероятной силой, затягивая в него все больше и больше людей.
I. Банкротство компании Иванова
Рекомендуем к прочтению: Банкротство юридических лиц: что это такое и с чем его едят?— базовое руководство по этапам банкротства компании, ключевым рискам для бизнеса и личной ответственности КДЛ в процедуре несостоятельности.
Далее налоговая служба подает заявление о признании должника банкротом на основании указанной задолженности. Бывший руководитель Иванов «потирает» руки, думая, что ответственности ему придется избежать, ведь в данный момент генеральный директор его товарищ Петров, с которого даже при большом желании фактически нечего взять. Документы Иванов управляющему передавать не планирует: «мало ли что еще выяснять, у меня-то рисков нет, я больше не руководитель».
II. Субсидарная ответственность
Но субсидиарка совсем не так находится далеко, как хотелось бы господину Иванову — арбитражник подает заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, в котором привлекает двух последних последовательно сменившихся руководителей: Иванова и его школьного товарища Петрова. И так господин Иванов превращается в гражданина.
По мнению, арбитражного управляющего, оснований для субсидаирки предостаточно.
Первое основание: налоговые правонарушения.
По данному основанию привлекается первый руководитель (он же реальный бенефициар должника). Арбитражник, ссылаясь на решение налогового органа, указывает, что налоговые схемы «крутил» Иванов.
Читайте кейс «Налоговая презумпция привлечения к субсидиарной ответственности: защита клиента на 14+ млн рублей» — как мы пересчитали «точку неплатежеспособности», доказали нулевую субсидиарку за неподачу заявления о банкротстве, отбились от претензий по документам и развалили налоговую презумпцию, показав, что закон не имеет обратной силы.
Второе основание: непередача бухгалтерских документов.
Привлекаются уже оба товарища: и Иванов, и Петров. Управляющему документы по фирме никто не передавал, а, согласно положениям закона, привлечь можно несколько последовательно сменившихся руководителей (если будет установлен факт их последовательной непередачи документов друг другу).
Читайте кейс: «Субсидиарная ответственность бухгалтера при банкротстве юридического лица: как мы отбили субсидиарку более чем на 10 млн рублей» — история Валентины, аутсорсбухгалтера, которого управляющий пытался сделать «теневой хозяйкой» бизнеса, и по шагам разобрана стратегия защиты от претензий за перевод долга и непередачу документов. Читайте судебный акт.
III. Позиция бенефициара гражданина Иванова:
1. «Я не являюсь последним руководителем, документов на руках не имею, налоговые правонарушения не совершал. Разбирайтесь с последним директором. Я не при делах».
IV. Позиция номинала Петрова:
«Я номинальный руководитель, никаких управленческих решений не принимал, о деятельности фирмы и налоговых проверках ничего не знаю, меня просто «попросили». Российский суд – самый гуманный суд в мире».
V. Позиция суда:
1. Привлечь Иванова к субсидиарной ответственности за налоговые правонарушения, как лицо ответственное за реализацию схем с «бумажным НДС».
2. Привлечь солидарно (совместно) Иванова и его школьного товарища гражданина Петрова к субсидиарной ответственности за непередачу документов. Не установлен факт передачи предпоследнего руководителя документов номиналу, также как и не установлен факт последующей их передачи от номинала к арбитражному управляющему.
Читайте разбор: «Солидарная и субсидиарная ответственность: отличия и порядок привлечения» — чем отличается солидарная и субсидиарная модели, как они регулируются и почему в банкротстве часто сочетаются обе сразу.
Привлечение номинального и реального директоров к субсидиарной ответственности — это сигнал «номиналам» и их бенефициарам не пытаться снять с себя ответственность. Если раньше номинал был своего рода «громоотводом», то сегодня фраза «номинальный директор субсидиарная ответственность» стала не просто красивым сочетанием, а реальной правовой угрозой для всех участников схем.
Что это значит для вас: Смена директора на маргинала перед судом или налоговой проверкой лишь усугубляет ситуацию. Арбитраж взыщет весь долг компании солидарно: и с вас, как с теневого бенефициара, и с подставного лица. Акт об уничтожении или утрате документов сыграет против вас — презумпция вины переложит обязанность доказывать невиновность на ваши плечи.
Как номинальному директору избежать субсидиарной ответственности?
Тут появляется герой Васечкин. Бывает так, что умному человеку, например, Васечкину все понятно: вроде что-то очень «мутно» с должностью номинального руководителя, но обстоятельства его жизни таковы, что ему некуда деваться. И при раскручивании «маховика правосудия» наш герой хватается за голову и не понимает, что ему теперь делать и как выбраться. Вот оно — классическое положение: номинальный директор субсидиарная ответственность — связка, от которой не так просто избавиться.
Согласно положениям 53 Пленума ВС, размер ответственности номинального директора может быть снижен, но при одном условии: если он поможет установить статус реального бенефициара.
Что это значит на практике? Доказать лишь один статус своей номинальности для избежания ответственности — недостаточно. Да все уже и так знают, что Васечкин – номинал. Ему теперь нужно, что называется, «помочь следствию».
Приведем пример из нашей практики:
В рамках банкротства фирмы арбитражный управляющий подал заявление о привлечении двух лиц:
— реального бенефициара — руководителя материнской компании и участника компании должника;
— номинального директора (нашего подзащитного), который в финансово-хозяйственной деятельности фирмы участия не принимал.
В своем заявлении арбитражник прямо ссылался на номинальный статус нашего подзащитного. Правда, уже в следующем предложении он указал, что номинальный директор не освобождается от ответственности, согласно положениям ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».
Чтобы защитить клиента, нам нужно было нечто большее, чем просто ссылка на номинальность. Зная заранее, что наш клиент будет привлекаться к субсидиарке, мы на протяжении все процедуры банкротства помогали управляющему в сборе доказательной базы против реального бенефициара. Раскрывали статус «кукловода» и показывали, куда фактически выводились активы компании.
Может ли номинальное лицо взять на себя ответственность за банкротство фирмы?
Например, в рамках привлечения к субсидиарной ответственности привлекаются два лица: реальный руководитель и единственный участник компании и номинал, который был заменен в преддверии процедуры банкротства (новый участник и руководитель фирмы).
Позиция номинала: «Это моя вина. Я реально «рулил» всем процессами фирмы».
Позиция бенефициара: «Я – лицо номинальное. Всем фактически рулил последний директор».
Что делать суду в такой позиции? Логика суда будет следующая: суд в любом случае будет проверять все доводы сторон, но делать окончательные выводы станет на основании фактических обстоятельств дела и реальной картине происходящего. К примеру, если была налоговая проверка и в ней установлено конкретное лицо, виновное в налоговых правонарушениях, а реально номинальный руководитель говорит об обратном, то суд будет руководствоваться, прежде всего, решением налогового органа.
В ином случае это путь к прямым злоупотреблениям. Открывается целое поле потенциальных недобросовестных действий со стороны привлекаемых к субсидиарке лиц. Таким образом, можно переносить ответственность с платежеспособных бенефициаров на лиц, обладающих «нулевой» платежеспособностью. Это сильно отразиться на статистике реального взыскания денежных средств с компаний банкротов и фактически «откроет» дверь для перевода всех долгов фирмы на номиналов, что сделает институт субсидиарной ответственности неэффективным. Законодатель этого допустить, естественно, не может.
Поэтому подумайте сто раз: «Быть номиналом или не быть». Стоит рисковать всем своим имуществом ради мифической ежемесячной выплаты, которая может закончиться в любой момент?
Реальным руководителям и бенефициарам бизнеса тоже стоит задуматься. Сегодня недостаточно полумер в виде назначения прослойки. Нужно помнить, что со временем будет банкротство фирмы, и просчитывать все риски в совокупности. Что мы видим на практике? Примитивные схемы с номиналами больше не работают. А сейчас должно быть комплексное и всестороннее решение, включающее просчет всех юридических рисков именно узкоспециализированными профессионалами в данной конкретной области.
Читайте наши иные победные кейсы:
Читайте наш кейс «Основания субсидиарной ответственности при банкротстве»
Если вам необходима квалифицированная помощь юристов, то обращайтесь в нашу компанию. Записаться на консультацию можно по номеру телефона: +7 (495) 308 49 76
